А. А. Бажбеук-Меликян (1891 — 1966)


Александр Александрович Бажбеук-Меликян редко расставался с тем, что создавал. Картины, тесня друг друга, сплошным ковром заполняли стены мастерской его дома в Тбилиси. Эти живописные ковры из многих частей — работ разного времени — отразили жизнь художника, отданную творчеству. Призвание заявило о себе очень рано. В семье, далекой от занятий искусством, маленький мальчик грезил только им. Упорные занятия дома принесли такие серьезные успехи, что в четырнадцать лет будущий художник легко поступил в Тифлисское училище, по окончании которого — в Петербургскую Академию художеств. Вся жизнь Бажбеук-Меликяна прошла в родном городе; исключения составили только редкие пребывания в ленинградском Эрмитаже и единственная поездка в Москву на выставку картин Дрезденской галереи. Равнодушный к внешней стороне событий, художник всецело принадлежал искусству, в любви, к нему черпая силы и впечатления. Любовь к искусству понималась им широко, универсально.
Она охватывала все эпохи и бесконечный перечень имен: Древний Египет и Эллада, Вермеер Дельфтский и Матисс, Тициан и Пикассо, Ван Гог и Сарьян. Художник был на редкость экспансивен, его натура восприимчива и распахнута прекрасному. Этим объясняется зависимость Бажбеук-Меликяна в начале творчества от тех художников, которых он особенно любил: от Тициана, Рембрандта, Веласкеса, Гойи. Творчество, не достигшее зрелости, подчинялось влияниям старых мастеров. Колорит произведений 1920-х годов можно назвать музейным: темноватая гамма оливковых, густо-зеленых, коричневых тонов («Старый Тифлис», «Тир», «Концерт»). Это было как бы данью искусству прошлых эпох, ученичеством и преемственностью. Сам живописец позже признавался: «Это было время неустойчивых вкусов» — от него осталось лишь несколько работ: безжалостный к себе художник уничтожил то, что не отвечало его требовательности, что считал издержками растущего мастерства. Правда, Бажбеук-Меликян навсегда усвоил уроки высокого искусства, что сказалось в постоянном стремлении художника к классичности своих произведений, к добротности исполнения.
Сюжетный круг работ художника оставался неизменным в течение всего творчества. Так, Бажбеук-Меликян, плененный искусством и жизнью бродячих циркачей, навсегда выбрал их сюжетом своего искусства: «Жонглерша», «Женский тир»— 20-е гг.; «Группа с медведем», «Батумский аттракцион», «Бродячий цирк» — 30-е гг; «Группа цирковых артистов», «Перш», «Жонглерша» — 40-е гг.; «Фокусница», «Акробатка», «Девушка на шарах» — 60-е гг. Он любит артистов, атмосферу цирка, ее эффектность, блеск, шумную праздничность. Труд, пот, риск артисты умело скрывают, и мы видим только собранность воли и вечную женственность. Этот мир живет по своим законам, движется особыми ритмами. Для художника он полон тайны и феерических открытий. И в картинах на темы цирка, и в пейзажах («Мельница в Ортачалах», «Дворик на Песках») действительность преображается самим художником. Тот или иной сюжет только повод, который дает ему возможность обогатить окружающее своим внутренним состоянием, тончайшими душевными нюансами. То же можно сказать и о картинах, на которых изображены женщины: сюжеты кажутся загадочными, названия произвольными.
Женщины, как флером, окутаны воздухом, покоятся не столько в физической, сколько в духовной среде, кажется, единственно возможной для них («Хоровод купальщиц», «Группа женщин», «В бане»). Особенность искусства Бажбеук-Меликяна в том, что силой живописи обыденное и простое он претворяет в непреходящее. При всем постоянстве сюжетов, картины Бажбеук-Меликяна не кажутся однообразными. Причина тому — неповторимость композиционных решений, красочное богатство. С годами палитра художника менялась: вместо тональной светотеневой живописи появляются цветущие красочные холсты («Лавиния лежащая», «Девушка на шарах», «Курдский танец»). Звучные по цвету, картины и технически исполнены по-другому — более экспрессивно, темпераментная кисть укрупняет фактуру каждого мазка.
Бажбеук-Меликян работал и над портретами. Им было создано гораздо больше того, что оставил требовательный мастер. За единичными исключениями — это тоже женские модели. Часто художник в них как бы сглаживает индивидуальность, увлекаясь внешними достоинствами, характеризуя только физический тип женщины. Но иногда, пораженный внутренним обликом, он дает исчерпывающую характеристику.
Заслуженный художник Грузинской ССР Александр Александрович Бажбеук-Меликян прожил долгую и наполненную творчеством жизнь. Он работал еще за несколько дней до кончины.

Источник: "Художественный календарь 100 памятных дат", М., 1967 г., изд-во "Советский художник"