В. В. Лебедев (1891 — 1967)


Владимир Васильевич Лебедев совсем юным пришел в искусство. Можно сказать, что он определился как художник уже в двадцать лет, когда начал сотрудничать в петербургских журналах «Сатирикон», «Аргус», «Синий журнал», «Галчонок». На их страницах им были собраны вереницы типов города, провинции, деревни — смешных, уродливых, одеревенелых, без проблеска истинно человеческих свойств. Уже в ранних работах определился темперамент Лебедева-сатирика, получивший блистательное развитие в дальнейшем. Когда А. Бенуа в одной из своих критических статей 1910-х годов упомянул о поколении молодых художников, в котором чувствовались «побеги новых произрастаний», он имел в виду и начинающего Лебедева, его броский стиль, редкую культуру. Так, в первых сатирических рисунках очевидно знание художника японской гравюры, русского лубка, нового французского искусства. Лебедев учился самостоятельно, учился на лучших образцах мирового искусства, имея только кратковременный опыт занятий с педагогами. Постоянное упорное штудирование натуры было особенностью Лебедева в течение всей жизни, еще в детстве — любой поразивший, понравившийся эпизод неизменно заносился в альбом. Постоянная тренировка развила цепкую зрительную память, острую и беспощадную наблюдательность — качества, ставшие необходимыми Лебедеву как художнику политического плаката. В области плаката ему принадлежит роль не меньшая, чем Маяковскому.
После революции Лебедев был одним из активнейших сотрудников агитационно-плакатного отдела РОСТА в Петрограде. Он — автор сотен «Окон сатиры», шестисот плакатов на политические темы (плакат в честь Коммунистического Интернационала, 1918). А в годы Великой Отечественной войны художник опять вернулся к плакату и за два года выполнил около сорока «Окон ТАСС».
Сатира Лебедева полна убийственной меткости («Торговка», «Мародер»). Но средством плаката у него была не только сатира, но и героика. Она появлялась, когда художник стремился не обвинять, а утверждать («Апофеоз рабочего», «Резка железа», «Литье», все 1920 года).
Техническая особенность художника — это работа сериями. Интенсивность переживаний, масштабы наблюдений таковы, что не вписываются в рамки одного листа. Импульс художника не был коротким, ударным, он мелодически развивался и варьировался. Его интересует бытие предмета в плоскостном пространстве — следует серия интерьеров его ателье (1921), где вещи одухотворены стихией света. Серия «Улица революции» (1922) — это «бессмертное графическое выражение» протеста против человеческого уродства, злость, насмешка. «НЭП» — человеческая комедия мещанства. А вот — целая серия пародий: десятки рисунков на тему спорта («Девушка с букетом», «Турецкие борцы», 1933). Или— 150 рисунков из серии «Акробатка» (1927), в которой мастер улавливает богатство движений пластичного, тренированного тела. Свинцовый карандаш, тушь, перо, ламповая копоть, гуашь — Лебедев ими пользовался свободно, смело, даже дерзко обобщая форму.
Лебедев много иллюстрировал, начав в 1917 году с иллюстраций к книгам М. Горького, В. Скотта, Гоголя. В конце жизни иллюстрировал рассказы Короленко, Куприна, Чехова, Толстого. Но самые замечательные его достижения относятся к работе над детской книгой. Иллюстрации к «Слоненку» Р. Киплинга (1926) продемонстрировали новый художественный язык. Они строятся не на языке линий, а на языке масс и тональностей. Ничто не нарушает иллюзию глубины. Предельная обобщенность контрастирует со скрупулезной детализацией форм. Геометризованные фигуры сочетаются с округлыми живописными формами (обложка). Повествование, при всей лаконичности, очень емко, броско, увлекательно. Стиль художника остается своеобразным и тогда, когда он пользуется ретроспективными мотивами: древнерусского искусства в сказках «Медведь», «Три козла», «Золотое яичко»; пещерной живописи эпохи палеолита в книге без текста «Охота»; цирковыми афишами в книге «Цирк».
Сближение с С. Я. Маршаком на всю жизнь стало творческим дуэтом художника и поэта. Они хотели дать детям истинное искусство и истинную поэзию. Лебедев не только иллюстрировал книги Маршака. Бывали случаи, когда замысел книги принадлежал художнику, а поэт делал стихотворные подписи к его рисункам («Цирк», «Мороженое», «Вчера и сегодня»). В 50—60-е годы в художественном языке Лебедева появляются иные интонации — глубокой проникновенности, тихого музыкального повествования («Тихая сказка», «Двенадцать месяцев» Маршака). Один из критиков сравнивал судьбу Лебедева с судьбой О. Домье. И тот и другой вошли в историю искусств сначала только как графики. В своей живописи Лебедев забывает о своем пафосе сатирика и становится лиричен (портреты Н. С. Надеждиной, 1927, С. Д. Лебедевой, Т. В. Шишмаревой, 1935). И здесь его не оставляет дар наблюдателя, который проявляется в интеллектуальности живописи, совершенном мастерстве. Взыскательный художник, Владимир Васильевич Лебедев воплощал свой собственный афоризм: «Знать — это значит уметь».

Источник: "Художественный календарь 100 памятных дат", М., изд-во "Советский художник"


При цитировании гиперссылка обязательна.