Ж.-О. Фрагонар (1732—1806)


После Ватто и Шардена Фрагонар — самый крупный французский художник XVIII столетия. Его творчество — утонченный и яркий цветок искусства рококо и всей французской культуры второй половины века.
Фрагонар родился на юге Франции, в Грассе. Его отец был перчаточником, в 40-х годах переселившимся в поисках заработка в Париж. Здесь семнадцатилетний Жан-Оноре попытался поступить в обучение к Ф. Буше, но был отослан мэтром в мастерскую Шардена. Время, проведенное у великого живописца, не прошло для Фрагонара даром — но это скажется позднее; пока ему не пришлись по вкусу ни прозаические сюжеты Шардена, ни его кропотливые штудии натуры. Через полгода начинающий художник снова отправился к Буше, который проявил на этот раз большую благосклонность. За сравнительно короткий срок Фрагонар перенял стилевые приемы своего учителя и в 1752 году был удостоен Римской премии за картину на библейский сюжет. После трехлетней стажировки в Париже у академического живописца Ванлоо Фрагонар уезжает в Рим в качестве стипендиата учрежденной там еще в XVII веке французской Академии. В годы, проведенные в Италии (1756—1761), происходит превращение бескрылого эпигона Буше и академиков в неповторимо самобытного мастера. Этой метаморфозе способствовала дружба Фрагонара с просвещенным меценатом Сен-Ноном и впоследствии знаменитым автором пейзажных панно — Ю. Робером, но, прежде всего — встреча с искусством и природой Италии. Он создает в этот период серию замечательных графических пейзажей, дополненную во время вторичного посещения Италии в 1773—1776 годах. Это по преимуществу виды прославленных вилл, расположенных в Риме и его окрестностях. На этих рисунках, выполненных бистром или сангиной, изображены тенистые аллеи, напоминающие своды соборов, величавые зонты пиний, целые каскады зелени, гроты, ступенчатые террасы с балюстрадами и статуями. Все это отличается архитектурной стройностью композиции и проникнуто почти космическим чувством природы, роднящим Фрагонара с мастерами XVII века. Собственно «фрагонаровское»— в сочетании величия с невиданной прежде интимной теплотой, мягкостью и утонченностью восприятия мира. Его кисть и карандаш передают бесчисленное множество оттенков черного и белого, градаций размытых и четких форм. Но, пожалуй, главное очарование фрагонаровской графики — в ее светоносности. Свет в его пейзажах то мерцает, то струится широким потоком, вспыхивает в листве, таинственно озаряет дали...
После возвращения в Париж художник создает ряд картин, навеянных впечатлениями от Италии, таких же свободно-поэтичных, как его графика, и утонченных по колориту («Прачки», «Сады виллы д'Эсте»), пишет пейзажи, а также композиции в историческом жанре. В 1765 году за картину «Корез жертвует собой для спасения Каллирои» Фрагонар «причисляется» к академикам. Однако почетной и бесплодной карьере академического живописца он предпочитает свободное творчество. Главное место в нем занимают теперь «галантные» и эротические сюжеты, отвечавшие и характеру дарования Фрагонара, и духу времени. Его картины украшают отели знати (в числе заказчиков художника — любовница короля, знаменитая Дюбарри), будуары актрис и апартаменты богатых любителей искусства. Фрагонар порой уступал вкусам заказчиков, но в большинстве работ оставался неизмеримо выше их. «Пикантные» сюжеты, которые в работах посредственных мастеров казались пошлыми и пустыми, у него, сохраняя легкость, наполняются поэзией, приобретают характер радостной фантазии, очаровывают грацией, чистотой и свежестью. Таковы его знаменитые «Похищение рубашки Амуром», «Счастливое мгновение», «Жимблет». Иногда он создавал произведения, захватывающие широким музыкальным ритмом и подлинно вакхическим, в духе Рубенса, порывом (например, луврские «Купальщицы»). Отличительные черты фрагонаровского стиля — динамичный, скользящий мазок, букет свежих и ярких красок, богатство оттенков и одновременно смелое построение формы чистыми тонами. Но наряду с этим художник работал и в более «отделанном» стиле, одним из лучших образцов которого являются знаменитые «Качели» (полное название: «Счастливые случайности качания на качелях»).
Фрагонар писал много портретов, среди которых выделяется серия с моделями в полумаскарадных «исторических» костюмах. Здесь напрасно искать глубины психологической характеристики, но зато с неподражаемой силой переданы жизненный порыв, грация и красота. Портреты написаны стремительным и острым «хальсовским» мазком, динамичны по композиции и декоративны (многие из них служили украшениями интерьера, «десюдепортами»). Среди наиболее известных работ — портрет Сен-Нона, «Вдохновение» и словно излучающая солнечное сияние «Читающая».
В 1670-е годы широкое распространение просветительских идей, призывы Руссо и Дидро к естественности, простоте и нравственности, а также изменения в личной жизни Фрагонара (он женится и становится отцом семейства) приводят к переменам в его искусстве. Теперь в его живописи преобладают идиллические семейные сцены, в которых художник как бы соревнуется с вошедшим в моду Грезом. Однако в работах Фрагонара нет слащавости Греза и его плоского, с оттенком ханжества, морализаторства. Особенно удавались ему сцены с детьми, написанные с необыкновенной нежностью и юмором. В живописном стиле художника ощущаются уже влияния не столько Рубенса, сколько малых голландцев, хотя Фрагонар как всегда далек от подражания.
Одна из самых ярких страниц творчества мастера в 1670-е годы — серия «празднеств», протекающих на фоне прекрасных парков, аналогичных итальянским («Праздник в Сен-Клу», «Игра в жмурки», «Театр кукол», «Продавцы игрушек», «Актеры»). Театральное и игровое начало, которым проникнуто все искусство Фрагонара, здесь выражено, пожалуй, с наибольшей силой. Его картины, одновременно реалистичные и откровенно условные, напоминают прекрасную грезу. В отличие от «галантных празднеств» Ватто, в них нет меланхолии — они излучают радость жизни. Вместе с тем в образах Фрагонара нет и свойственной Ватто глубины проникновения в духовную жизнь человека.
В 1680-е годы в искусстве Фрагонара происходит некоторый спад; однако наряду с шаблонными заказными произведениями он создает необыкновенно утонченные по живописному языку работы («Воспоминание», «Любовная записка»), заканчивает начатые прежде циклы графических иллюстраций к Лафонтену и Ариосто. В его позднем творчестве есть предвосхищение романтизма и даже классицизма следующего столетия («Фонтан любви»). Однако героический и чеканный классицизм Давида — художника наступившей революции — имел мало общего с утонченно-гедонистическим и чувственным искусством мастера эпохи рококо. После революции Фрагонар лишается заказчиков и славы. Благодаря протекции Давида он работает последние годы столетия (с 1794 по 1800 год) в музейной комисии Лувра, формирует его кабинет рисунков; затем лишается и этого места. Умер Фрагонар почти в полной безвестности, в скупых некрологах упоминалось о «художнике старой Академии, которому удавались галантные и эротические сюжеты». Однако его творчеству была суждена долгая жизнь. Жизнерадостное, поэтическое и несравненное по красоте живописного и графического языка искусство Фрагонара вдохновляло многих живописцев XIX и XX веков — от Делакруа и Коро до Ренуара, Боннара и Шагала.

Источник: "Художественный календарь 100 памятных дат", М., изд-во "Советский художник"


При цитировании гиперссылка обязательна.