М. Царев. Общественное призвание театра


Сб. статей "Искусство принадлежит народу"
Изд-во "Советская Россия", М., 1963 г.
Приведено с некоторыми сокращениями.
OCR Artvek.Ru


Встречи руководителей партии и правительства с творческой интеллигенцией, стали доброй традицией. Они дают нам, работникам искусства, очень многое, являются хорошим ориентиром в работе каждого из нас, помогают правильно оценивать свое творчество и творчество своих товарищей.
Необыкновенно плодотворными были последние встречи, состоявшиеся 17 декабря 1962 года и 7—8 марта 1963 года. Особенно яркое впечатление произвела образная, принципиальная и целеустремленная речь Н. С. Хрущева. Отметив достижения литературы и искусства, он подверг справедливой критике ошибочные тенденции и явления, которые мешают правильному развитию художественного творчества.
Все, что говорилось на этих встречах о литературе, изобразительном искусстве, музыке, кино, непосредственно касается и театра. А так как я по роду своей профессии являюсь работником театрального искусства, то позволю себе высказать свои соображения именно об искусстве театра, его успехах, трудностях и недостатках.
С самых первых дней Октябрьской революции Коммунистическая партия и Советское правительство проявляли неизменную заботу о театре. Даже тогда, когда все силы государства были направлены на разгром военной интервенции, на победоносное завершение гражданской войны, театр не оставался забытым.
В это трудное для республики время один из старейших русских театров — Малый театр — видел в своих стенах В. И. Ленина, пришедшего на чествование М. Н. Ермоловой в день пятидесятилетия ее служения русской сцене. В эти же годы В. И. Ленин присутствовал на одном из первых представлений горьковского «Старика» в Малом театре.
Партия всегда заботливо оберегала молодое советское искусство от проникновения в него тлетворного влияния реакционной буржуазной идеологии. Эта твердая, принципиальная политика партии в области литературы и искусства, а следовательно, и театра, направленная на полный разгром формализма во всех его проявлениях, на самую решительную поддержку и развитие идейных основ советского искусства — социалистического реализма, нашла развитие за последние годы в целом ряде выступлений Н. С. Хрущева.
Партия считает театр общественной трибуной. Он должен воспитывать народ в духе наших прогрессив- ных коммунистических идей. Подлинные традиции русского театра всегда сочетались со служением народу, театр был проводником прогрессивных идей. Лучшие представители русского театра, начиная с основоположника сценического реализма М. С. Щепкина, неистового П. С. Мочалова, а вслед за ними П. М. Садовского и других корифеев Малого театра, таких, как великая М. Н. Ермолова, А. П. Ленский и А. И. Южин, вместе со своими соратниками воплощали в театре правду жизни. Они всегда были верны реалистическим заветам М. С. Щепкина и никогда не изменяли им.
Замечательный актер и режиссер-педагог А. П. Ленский пламенно ратовал за передовое идейное творчество, дающее возможность театру занять «подобающее место в общественной жизни родной страны», «служить великому делу народного развития». М. Н. Ермолова говорила: «Всю свою душу Малый театр отдавал народу, и всегда стремились к нему и он и я. И до конца дней мы всегда принадлежим народу».
В 1907 году Вл. Немирович-Данченко говорил, обращаясь к М. Н. Ермоловой: «Когда мы вспоминаем ваши сценические создания, сотканные из тончайших страданий, мы называем вас певцом женского подвига... Когда мы вспоминаем другие образы, палящие огнем, проникнутые безграничной любовью к свободе и ненавистью к гнету, нам хочется крикнуть истории наши требования, чтобы в издании с портретами борцов за свободу портрет Ермоловой находился на одном из почетных мест».
Преемственность традиций, идущих от Щепкина, Мочалова, Садовского, Ленского, Ермоловой, стала характерной не только для деятелей Малого театра, но и всего советского театра. Эти лучшие традиции развиваются в нашем театре и сейчас, и им не страшны всякие веяния модернизма и других «измов», которые чужды и непонятны народу. Театр Щепкина и Мочалова, Ермоловой и Ленского, Станиславского и Немировича-Данченко стал советским театром, стал активным строителем нашей советской театральной культуры.
Все разговоры о том, что якобы может существовать искусство для «немногих избранных», беспочвенны. Я убежден, что самое трудное искусство реалистическое. Оно сложно и вместе с тем просто, как сложна и проста жизнь. Другое дело, когда за реалистическое искусство выдается фотографирование жизни, природы. Такое искусство не волнует, оно близко к натурализму. Искусство социалистического реализма дает громадный простор для творческой инициативы.
В эстетическом воспитании нашего народа, в формировании высокого художественного вкуса советский театр играет огромную роль. Конечно, киноискусство и телевидение более масштабны, они охватывают большее число зрителей, но театр имеет свою специфическую особенность. Актер непосредственно общается со зрителем, и эта сила контакта иногда чрезвычайно велика. Талантливое актерское исполнение не позволяет зрителям оставаться лишь свидетелями происходящих на сцене событий — оно превращает их в соучастников этих событий.
Театр пользуется у нашего зрителя большим успехом, народ наш любит театр. И действительно, если пьеса написана художественно, если режиссер, художник и актеры правильно ее поняли и талантливо воплощают на сцене замысел автора, то в зрительном зале, в фойе во время антрактов царит атмосфера радостной взволнованности, радостного удовлетворения. Успехи нашего театрального искусства несомненны. За последнее время в театрах прошли с успехом «Иркутская история» А. Арбузова, «Океан» А. Штейна, «Палата» С. Алешина, «Перед ужином» В. Розова, «Весенний гром» Д. Зорина, пьесы, написанные авторами из союзных и автономных республик, из областных центров, причем такими, как Лаврентьев, пьесы которого выходят за рамки местного значения. Жаль, что пьесы из союзных республик переводятся на русский язык, гораздо медленнее, чем иностранные пьесы.
Показ в Москве спектаклей театров союзных республик, областных центров (называвшихся раньше провинцией) свидетельствует о росте и режиссерского и актерского мастерства. Наконец, поездки советских драматических театральных коллективов за рубежи нашей Родины, как в страны социалистического лагеря, так и в капиталистические, оцениваются нашими друзьями, а подчас и недругами как большие художественные события. Гастроли МХАТа в Лондоне, Париже и Токио, вахтанговцев — в Париже и Венеции, Малого театра — в Париже, Чехословакии, а ранее в Болгарии и Румынии принесли этим коллективам признание и успех.
Выступления наших делегатов на конгрессах Международного театрального института выслушиваются с вниманием и интересом. И все же, несмотря на наши успехи, мы, деятели театрального искусства, испытываем чувство неудовлетворенности. В Программе КПСС сказано, что «главная линия в развитии литературы и искусства — укрепление связи с жизнью народа, правдивое и высокохудожественное отображение богатства и многообразия социалистической действительности, вдохновенное и яркое воспроизведение нового, подлинно коммунистического и обличение всего того, что противодействует движению общества вперед». Могут ли наши театральные коллективы и их руководители сказать, что они выполняют задачи, поставленные XXII съездом КПСС? Я думаю, будет правильным отметить, что они стремятся выполнить эти задачи, но пока еще не выполняют их. Главная причина невыполнения этих ответственных задач — в отсутствии современных пьес, ярко воспроизводящих нашу жизнь, жизнь людей, впервые в мировой истории строящих коммунистическое общество.
У советской драматургии очень большой путь. Она накопила значительные художественные ценности, создала целую галерею образов советских людей, наших современников. Основоположник советской драматургии A. М. Горький возглавил борьбу за утверждение метода социалистического реализма, единственного творческого метода, позволяющего раскрыть и прославить великую правду жизни. Пьесы В. Маяковского, К. Тренева, Л. Леонова, А. Афиногенова, А. Корнейчука, Н. Погодина, Б. Ромашова, В. Гусева, Б. Лавренева, А. Файко, B. Вишневского, А. Софронова, А. Арбузова, инсценировки романов Вс. Иванова, А. Фадеева, А. Степанова вошли в золотой фонд советской драматургии и до сих пор украшают афиши наших театров. К этим именам присоединились новые дарования.
Но жизнь идет вперед. За последние годы мы были свидетелями необыкновенных открытий в области науки и техники, смелых дерзаний в области промышленности, видели, что люди умеют работать по-новому, достигать больших успехов в области сельского хозяйства, покорения и освоения целинных земель. И все это творит, созидает наш современник. Как же не отразить в театре его подвиги, труд и жизнь! И отражать все это надо не поверхностно, а глубоко и взволнованно. Только тогда спектакли о нашей замечательной современности будут жить долгой и полнокровной жизнью.
«В искусстве социалистического реализма, основанном на принципах народности и партийности, смелое новаторство в художественном изображении жизни сочетается с использованием и развитием всех прогрессивных традиций мировой культуры. Перед писателями, художниками, музыкантами, деятелями театра и кино открывается широкий простор для проявления личной творческой инициативы, высокого мастерства, многообразия творческих форм, стилей и жанров» — вот что записано в Программе партии и что нам следует претворять в жизнь. Какие безграничные возможности заключены в этих словах Программы для всех деятелей литературы и искусства и как мы неполно их реализуем!
М. А. Шолохов, выступая на XXII съезде, рекомендовал писателям быть ближе к тем людям и событиям, о которых они пишут. Это полезный совет. Без знания предмета писать о нем нельзя. Но самое важное, что также прдчеркивал М. А. Шолохов, любить своего героя. Вот этой-то любви к нашему современнику не хватает у иных драматургов. Что касается показа недостатков нашей жизни, то тут сейчас, пожалуй, дефицита не чувствуется, а вот для того, чтобы создать полноценный образ героя наших дней, таланта и энтузиазма подчас недостает... А задача, мне кажется, заключается в том, чтобы со всей силой показать и положительные качества нашего современника и те недостатки, которые все еще имеют место. Подлинное знание жизни определяет идейную зрелость художника. Без идейной зрелости художником не осуществляется золотой завет В. И. Ленина о партийности и народности литературы и искусства, который должен быть и в уме и в сердце писателя, драматурга, артиста, быть для всех «святая святых».
Сейчас появляется много пьес, разоблачающих культ личности и его последствия. Товарищ Н. С. Хрущев указывал, что это очень важная и ответственная тема. И действительно, она требует особой художественной тонкости и мастерства. К сожалению, во многих пьесах на эту тему делается акцент лишь на тяжелых событиях того времени. В них отсутствует жизнеутверждающее начало. Писать о несправедливости, о беззаконии, о попрании ленинских норм нужно, но нельзя забывать о художественной мере, не то это превращается в мелодраму, а порой и в макулатуру.
Многие пьесы трактуют взаимоотношения отцов и детей. Разумеется, эта тема имеет полное право на существование. Но мне кажется, что решается она часто не совсем верно, по линии противопоставления младшего поколения старшему. При этом почему-то чаще всего дети оказываются умнее своих родителей, и отношение их к взрослым только ироническое, что несет в себе неверные тенденции.
Наша новая жизнь созидается в гармоническом сочетании усилий всех поколений. Зачем же противопоставлять поколение, которое отдавало жизнь за победу Октябрьской революции, рисковало своей жизнью в годы гражданской и Отечественной войн и теперь отдает свои силы, опыт и знания борьбе за победу коммунизма, новому, молодому поколению? Молодежь вместе со своими отцами и дедами принимает участие в строительстве новой жизни. Другое дело, что она может делать и делает это с присущим ей молодым задором и энтузиазмом, вырываясь на передовые рубежи, как это было с освоением целины, как сейчас на стройках Сибири. Все это естественный и закономерный процесс. Кому же, как не молодежи, быть на этих рубежах? Не случайно партия обращается в таких случаях именно к молодежи, и молодежь повторяет и умножает подвиги своих отцов, строивших в свое время «Магнитку» и Кузнецк, Днепрогэс и Комсомольск. Но и сейчас старшие поколения показывают образцы героизма.
Печальным фактом стало отсутствие пьес на большие темы нашей современности. Большой поток пьес, которые приходится читать руководителям театра, имеет своим содержанием главным образом тот или иной случай из семейной жизни или «фактик», а не факт в трудовой деятельности, — то, что получило у нас название «мелкотемья». И здесь целиком относятся к театру слова Н. С. Хрущева, сказанные в адрес кино: «Большое беспокойство вызывает то обстоятельство, что в кинотеатрах демонстрируется множество весьма посредственных кинокартин, убогих по содержанию и немощных по форме, которые раздражают или повергают зрителей в состояние сонливости, скуки и тоски».
Отсутствие подходящих пьес приводит к тому, что театры вынуждены брать пьесы, которые данному театральному организму не всегда подходят. Отсюда получается нивелировка афиш многих театров.
Пожелаем же нашим маститым и молодым драматургам успехрв в их труде! Мы, работники театра, верим, что в ближайшее время наш театр доставит большую радость зрителям, а следовательно, и работникам театра. Мы верим в это — это наша жизнь, наше назначение!
Само собой разумеется, что все трудности, связанные с драматургией, не снимают ответственности с театрального коллектива за его репертуар. Очевидно, не все возможности используют руководители театров и их заведующие литературной частью для создания советского репертуара. Смелее и быстрее надо использовать прозаические произведения, надо внимательнее относиться и к драматургам и к прозаикам и бережно помогать им в создании драматургических произведений.
За последнее время ощущается увлечение театров пьесами западноевропейских и американских авторов. Пьесы Гибсона «Двое на качелях», «Сотворившая чудо», Дюренматта «Физики», «Визит старой дамы», Эме «Третья голова» и другие заполняют афиши московских театров. Неужели пьеса И. Шоу «Убийца» так необходима была МХАТу или пьеса А. Миллера «Сейлемские колдуньи», которую я видел десять лет тому назад в Норвегии, — театру имени Станиславского? Драматургически эти пьесы сделаны мастерски. В них есть и материал для актеров, но служат ли многие из них формированию высокого художественного вкуса, способствуют ли они формированию идейной убежденности советских зрителей?
Большую воспитательную роль играет умело отобранная и поставленная отечественная классика. Я был свидетелем того, с каким интересом зрители принимали старый спектакль «Горячее сердце» Островского во МХАТе. А «Власть тьмы», «Гроза», «Иванов», «Маскарад» в Малом театре, «Яков Богомолов» М. Горького в ЦДСА?
Немало замечательных актеров может блистать в отечественной классике. Она важна и для развития мастерства нашей талантливой молодежи. И все же главной задачей остается показ пьес о современном герое. На это должны быть направлены все наши усилия. В Москве несколько лет назад организовался театр «Современник». Коллектив этого театра состоит из молодых одаренных актеров. Во главе — талантливый режиссер и актер О. Ефремов. Очевидно, у этого коллектива единая художественная платформа. Начав свою жизнь спектаклями «Вечно живые», «В поисках радости», «Продолжение легенды», «Два цвета», которые выражали явное стремление утверждать чистоту и правду нашей жизни, коллектив театра за последнее время, однако, все более уходит в своей репертуарной линии «на запад». И даже в выборе пьес советских авторов он отдает предпочтение таким, которые сделаны в духе подражания западным образцам. Закономерен вопрос: отвечает ли эта тенденция в репертуарной политике театра его названию «Современник»? И вообще, не слишком ли беззаботно за последнее время относятся наши театры к составлению своего репертуарного плана. Взять хотя бы, к примеру, театры имени Пушкина и имени Гоголя. Нельзя сказать, что великие имена, которые украшают афиши этих театров, побуждают их к более строгому выбору репертуара... Разумеется, это касается и других театров.
Только что прошло празднование столетия со дня рождения К. С. Станиславского. Два выдающихся мастера сцены — К. С. Станиславский и В. И. Немирович-Данченко — были великими реформаторами, отцами современной, подлинно реалистической режиссуры. Примером для всех служит замечательная самобытность их режиссуры, точность находимых ими режиссерских решений той или иной пьесы. Это было всегда решение именно данной пьесы, найденное на основе глубочайшего проникновения в сокровенный смысл произведения, тщательнейшего изучения автора и всех особенностей его творчества.
Традицию великих учителей усвоили и их последователи. Выдающийся советский режиссер А. Д. Попов говорил мне, что он не может приняться за работу над пьесой до того, пока не уяснит, что скажет он этой пьесой зрителю сегодня.
Советские режиссеры, стоящие на реалистических позициях, единодушны в признании того, что искомая художественная целостность возникает на основе возможно более глубокого проникновения режиссера и всего коллектива в замысел драматурга. Существует и другой, прямо противоположный путь, когда драматургический материал рассматривается всего лишь как повод для проявления творческой фантазии режиссера. История советского театра знает режиссеров, для которых пьеса была только более или менее значительным предлогом для создания сценического представления. Таким на известных этапах своего творческого развития был В. Э. Мейерхольд. Но если В. Э. Мейерхольду благодаря его исключительному режиссерскому таланту удавалось (и то далеко не всегда) оригинальные, интересные спектакли, то у подражателей его часто появлялись уродливые, безвкусные произведения, далекие от реалистических традиций русского театрального искусства. Эта тенденция слепого подражания В. Э. Мейерхольду кое-где начала проявляться в театре и сейчас, и от этого хочется предостеречь.
Особенно бережной, я бы сказал, строгой трактовки, чуждой субъективизма и ложной модернизации, требуют пьесы классиков. К сожалению, некоторые, даже крупные, деятели театра иногда вступают на ложный путь.
Большие опоры сейчас разгорелись вокруг постановки «Горе от ума» в Ленинградском Большом драматическом театре имени Горького режиссером Г. А. Товстоноговым.
Воспроизведение классики не должно быть как бы музейной реставрацией. Каждая классическая пьеса должна быть прочитана режиссером и актерами «сегодняшними очами». Это может проявиться и в решении сценических образов, и в новой расстановке акцентов в тех или иных сценах, и в пластическом их разрешении, и в новом декоративном оформлении, и в музыкальном сопровождении, но все это должно базироваться на верном идейном раскрытии содержания пьесы. Новое прочтение не может быть предлогом для демонстрации режиссерских выдумок ради самих выдумок, нарушающих правильное воспроизведение идеи пьесы.
Ленинградская общественность подвергла критике товстоноговский спектакль за некоторое искажение идейного содержания грибоедовской комедии. Мне кажется, что долг нашей критики — подробно разобраться в достоинствах и недостатках этого спектакля. Это важно и для работников театра и для зрителей, особенно молодых. Вызвало законное недоумение беспримерное захваливание спектакля некоторыми нашими критиками.
Великие русские артисты, первые исполнители произведений Грибоедова, Гоголя и Островского — гениальный М. С. Щепкин, П. С. Мочалов, П. М. Садовский, А. Е. Мартынов, их ученики, прославившие русское сценическое искусство, — требовали от себя и от своих товарищей правды, а не правдоподобия, жизни, а не притворства. Щепкин говорил, что артист должен «уничтожить себя, свою личность, всю свою особенность и сделаться тем лицом, какое ему дал автор». Щепкин требовал от актера, чтобы он проникал в душу роли, в самые тайники сердца человеческого.
В. Г. Белинский очень тонко выразил своеобразие актерского дарования, дав следующую формулировку отличия поэта от актера. Когда поэт творит, говорил Белинский, образы, которые он создает, «живут в нем, а не он живет в них... Актер, напротив, живет жизнию того лица, которое представляет», то есть целиком в его образе. Без этого нет актера.
Верность жизни, глубокое проникновение в нее является великой традицией русского актерского мастерства начиная со времен М. С. Щепкина. В советское время К. С. Станиславский развил и углубил эту традицию, создав стройную систему воспитания актеров, признанную во всем мире и дающую актерам возможность сознательно опираться в своем творчестве на объективные законы искусства.
Отступление же от этих законов, нарушение правды жизни, субъективизм никогда не вели и не могли вести режиссера и актеров к тому контакту со зрителем, который только и может быть основой активного воздействия спектакля на массы.
В 1924 году весной Камерный театр приехал на гастроли в Ленинград. Я пошел посмотреть «Грозу» Островского. Рядом со мной сидела молодая пара, очень симпатичная. Молодой человек, очевидно, видел «Грозу» раньше и говорил перед началом своей подруге, что сейчас будет показан берег Волги с ее просторами. Открылся занавес, и на сцене зрители увидели условную конструкцию с беседкой, украшенной золотым куполом. Молодой человек был смущен и после первого акта сказал, что сейчас будет комната Кабанихи со всеми подробностями купеческого быта. Этого не случилось. Перед сценой в овраге он уже не столь уверенно, но все же говорил своей собеседнице, что вот теперь-то уж должен быть поэтичный овраг — место свидания Бориса с Катериной. Каково же было его изумление и смущение (да я думаю, не только его), когда опять появилась та же беседка с золотым куполом! Перед следующими актами он уже замолк.
Я вспомнил этот эпизод, которому почти сорок лет, потому что кое-кто из наших художников-декораторов стремится вернуться в своей оформительской деятельности к прошедшим временам, к формалистическим вывертам 20-х годов. Право, не стоит, не надо разочаровывать наших дорогих зрителей! Ведь мы творим для них.
Есть и в музыкальном оформлении некоторых спектаклей желание «помодничать». Зрители, слушая «модное» музыкальное сопровождение, невольно перестают жить происходящим на сцене и начинают размышлять, что, должны означать эти «модные» звуки.
То, что я говорю о художественном и музыкальном оформлении, является в современных драматических театрах исключением, но, мне кажется, и этих исключений не должно быть.
Особое значение приобретает внедрение в жизнь театральных коллективов принципов морального кодекса строителя коммунизма. Мы слабо ведем борьбу с нарушителями этики в нашей стране. Многие основы театральной этики Станиславского преданы забвению. Сколько еще у нас эгоизма, настроений богемы, мещанства, даже суеверий! Бывает еще и так, что кто понахальнее, тот вырывает благополучие для себя, не заботясь об интересах театра в целом. Можно ли с этим мириться сейчас, на пороге коммунизма? Можно ли нести эти позорные пережитки старого театра в светлое здание коммунизма? Борьба с этими пережитками должна осуществляться общественными организациями коллектива, и в первую голову партийной организацией. Необходимо предупреждать те или иные недостойные явления. А то еще бывает так, что мы машем кулаками после драки. Совершенно недопустимо в наше время и то, что иногда представители общественных организаций потворствуют эгоистическим стремлениям того или иного члена коллектива.
Большая роль в жизни театрального искусства принадлежит молодежи. Нередко мы слышим от некоторых молодых актрис и актеров, что они не удовлетворены своим положением в театре. В этом есть рациональное зерно. Не все дарования развиваются в полной мере одинаково. Тем более со стороны руководства и режиссуры должно быть большее внимание к той или иной молодой индивидуальности. Помимо режиссуры, большую помощь в развитии и художественном росте молодежи могут оказывать и актеры старшего поколения.
И в театральных школах надо учить не только актерскому мастерству, но внимательно наблюдать жизнь студента и его устремления. Идейно-воспитательная работа студентов театральных учебных заведений имеет равное, если не большее, значение наряду с другими дисциплинами, включая актерское мастерство. В этом я глубоко уверен. Ведь здесь закладываются основы развития коммунистической идеологии, эстетического вкуса. А дальнейшее развитие происходит в коллективе, в который вступил молодой актер. Руководство коллектива, его партийные и общественные организации все должны сделать, чтобы молодежь была на высоте тех задач, которые партия ставит перед искусством. Молодежь театра вместе со всем коллективом должна чувствовать ответственность за все дело жизни театра.
После XXII съезда КПСС общественная работа театров приняла новую форму. Вместо парадной шумихи стала иметь место планомерность и повседневность. Это поездки актеров на целинные земли, выступления с лекциями в университетах культуры, посильная помощь самодеятельным и народным театрам, встречи с бригадами коммунистического труда. Причем вся эта работа проводится не только в виде концертных выступлений, как было раньше, а путем непосредственных бесед, общения — и эта непосредственная связь с народом обогащает и нас, деятелей театра. Недавно состоялась поездка актеров Малого театра в Красногорск. Какие громадные впечатления получили работники театра, как вдохновенно они говорили о людях, с которыми они беседовали! Такие встречи очень расширяют кругозор театральных работников.
Да, творить для народа — высшая цель художника! А это значит смело устранять недостатки, которые мешают, дальнейшему развитию нашего театрального искусства.
После встреч 17 декабря 1962 года и 7—8 марта 1963 года перед деятелями культуры открылся еще более ясный путь. Были веские причины по-дружески предупредить от некоторых заблуждений, ошибок, свидетельствующих о забвении принципа партийности и народности нашего искусства. В речи 8 марта 1963 года Н. С. Хрущев сказал: «Наша партия всегда стояла за партийность в литературе и искусстве. Она приветствует всех — и старых, и молодых деятелей литературы и искусства, партийных и непартийных, но твердо стоящих на позициях коммунистической идейности в вопросах художественного творчества. Они — опора партии, ее верные солдаты.
Мы их поддерживаем и будем поддерживать, заботимся и будем заботиться о том, чтобы росли и крепли наши творческие силы, сплачивались в единую, боевую семью революционных художников, последовательно отстаивающих в своем творчестве победоносные идеи марксизма-ленинизма, непримиримых ко всему гнилому, чуждому, враждебному, откуда бы оно ни проникало».
Мы, деятели театра, должны быть благодарны указаниям партии, смело и вдохновенно работать во славу нашего советского искусства и всегда помнить о высоком общественном призвании советского театра. Встречи с руководителями партии и правительства дают нам новые силы для вдохновенной и радостной работы.

Продолжение книги ...



При цитировании гиперссылка обязательна.