Ю. Колпинский. Сражаясь и созидая


Сб. статей "Искусство принадлежит народу"
Изд-во "Советская Россия", М., 1963 г.
Приведено с некоторыми сокращениями.
OCR Artvek.Ru


Наше искусство твердо стоит на позициях народности, коммунистической идейности. Опираясь на метод социалистического реализма, оно правдиво отражает жизнь, труд, мысли, чаяния нашего народа — строителя коммунизма. На этом пути советские художники одержали большие победы.
Однако в ходе той идеологической борьбы, которая не прекращается между миром социализма и капитализма, небольшая группа наших художников и искусствоведов оказалась под влиянием реакционного формалистического искусства Запада. Часть этой группы — несколько молодых художников — стала при этом на путь прямого отказа от основных принципов социалистического реализма, на путь подражательства таким крайним проявлениям формализма, как абстракционизм.
Что же собой представляет абстрактное искусство, каковы его социальные корни и, так сказать, художественные задачи? Прежде всего я хочу возразить некоторым рьяным защитникам «нового искусства» на Западе, которые утверждают, что мы в Советском Союзе якобы не знаем и никогда не знали абстракционизма и только, дескать, по «врожденному» консерватизму не хотим использовать его «опыт». Подобные утверждения — попытка фальсифицировать действительное положение дел.
Обратимся к историческим фактам. Накануне Октябрьской революции и в первые годы после нее некоторые художники пытались пропагандировать уже тогда возникшие абстрактные формы изобразительного искусства. Малевич, один из «признанных» основоположников абстракционизма, который и до революции создавал абстрактные композиции, призывал в те годы «созвать экономический совет (пятого измерения) для ликвидации всех искусств старого мира». Тогда же иные теоретики шумели о гибели реалистического изобразительного искусства. Искусством революции объявлялось искусство беспредметное, то есть абстрактное. Многие его сторонники, как и сторонники других формалистических группировок, одно время даже входили в официальные организации, призванные содействовать развитию искусства.
И что же? В свободном соревновании с реализмом эти течения обнаружили свою полную эстетическую несостоятельность, более того — свою враждебность зарождающейся социалистической, глубоко народной культуре.
Наши беспредметники, тот же Малевич, возвещали: «Я прорвал синий абажур цветных ограничений, вышел в белое; за мной, товарищи авиаторы, плывите в бездну...» Однако их призыву никто не внял. Народ, устремившийся к великому будущему, жаждал страстного, правдивого искусства, раскрывающего и тяжесть борьбы, и правоту подвига, зовущего к великим свершениям. Победа реализма определилась задолго до того, как на основе всего накопленного опыта были сформулированы принципы социалистического реализма как творческого метода советского искусства. Наши художники стремились в своих исканиях прежде всего заслужить одобрение и признательность народа. Абстракционизм — искусство, враждебное разуму, отражающее абсурдность капиталистического бытия в «расщепленном» сознании части буржуазной интеллигенции, и находится в противоречии с созидательной целеустремленностью людей, строящих социализм.
Абстракционизм не мог найти питательной среды в Советском Союзе, зато он нашел благоприятную почву для своего развития в империалистических странах. Тем безнадежнее сейчас попытки оживить у нас это давным-давно отвергнутое народом лжеискусство. Кстати говоря, господство беспредметного, абстрактного искусства и на Западе (Соединенные Штаты Америки, Франция) не является абсолютным. Ему противостоят, набирая силу, здоровые реалистические направления. Деятели буржуазной культуры вроде Суфора могут сколько угодно утверждать, что абстракционизм «находит все более благоприятное отношение к себе, так как это — единственное искусство, соответствующее веку, в котором мы живем». Действительное положение дел в искусстве как у нас, так и за рубежом доказывает всю необоснованность этих претензий.
Как бы ни были разнообразны и сложны формы развития современной художественной культуры, в ней сегодня идет соревнование и борьба двух лагерей. С одной стороны, вся совокупность прогрессивных реалистических течений, представляющая собой высший этап эстетического развития человечества, художественно-познавательных и выразительных возможностей искусства. С другой — формалистическая линия в искусстве, выражающая реакционные представления о действительности, о месте искусства в жизни общества.
Иначе говоря, идет борьба между реализмом, находящимся на новой исторической ступени развития, и очередными вариантами антиреалистически-формалистических течений.
Это столкновение реалистических и формалистических тенденций является одним из проявлений, одной из форм непримиримой борьбы, которая продолжается, ни на мгновение не затухая, между капиталистической и социалистической идеологиями.
Абстракционизм лишает искусство животворных связей с жизнью, изолирует художников от народа, а с другой стороны, лишает народ хлеба духовного, в котором тот так нуждается. Абстракционизм стандартизирует, нивелирует национальные культуры, лишает их возможности внести свой неповторимый вклад в сокровищницу общечеловеческой интернациональной культуры.
И вот в то время, когда идет эта борьба, кое-кто из наших художников покидает ряды реализма.
Замечу вскользь, что иногда отдельные наши критики и художники проявляли странную застенчивость в признании и утверждении коренных особенностей нашего искусства, его открытой идейности, неразрывной связи с идеалами социализма. Мы должны гордиться тем, что искусство социалистического реализма выполняет свою великую историческую общественно-воспитательную миссию. Нам нечего стыдиться и того факта, что оно доступно и понятно народу. Это признак не «примитивности», а духовного здоровья нашего искусства и наших людей.
Что представляет собой картина художника-абстракциониста? Это комбинация линий и цветовых пятен, данных или в случайном сочетании, или в «некоем» геометрическом порядке. Она «непонятна» не потому, что выражает глубокую идею, требующую особо усложненной формы, будто бы недоступной человеку, не обладающему специальными знаниями. Просто подобные картины чужды естественным, нормальным художественным запросам людей.
Абстрактное искусство отражает принципиально иной, враждебный социалистическим идеям подход к назначению искусства. Мы считаем, что искусство — это средство познания и изменения жизни. Абстракционисты, будучи одной из разновидностей защитников «искусства для искусства», утверждают, что цель живописи, литературы, театра лишь в выражении причудливой, не связанной с жизнью, болезненной фантазии художника.
Следовательно, дело не в том, что массовый зритель «не понимает» «мудрости» и «сложности» художественного языка абстракционистов; народ не принимает и никогда не примет его. Поэтому совершенно естественно, что здоровый художественный вкус, ясное видение красоты человека и-окружающего его мира, столь характерные для нашего народа, определили отрицательное его отношение к подобному «искусству». И руководители Коммунистической партии и правительства во время осмотра работ абстракционистов четко и недвусмысленно выразили именно мнение народа.
Однако мало осознать неспособность абстракционистов решать те большие задачи, которые ставит жизнь народа перед искусством. Важно понять социальную причину появления этого течения, понять, какие силы его поддерживают. Реальный ход истории враждебен капитализму, и потому его представители создают теории, где в качестве движущей силы выдвигаются субъективные факторы, — воля, провидение, случай. И потому возникают на Западе уродливые философские «учения», уводящие из реального мира в область мистики и субъективного произвола.
У нас при разоблачении абстракционизма речь идет чаще всего об анекдотической, так сказать, шарлатанской стороне дела. Это связано с тем, что в абстрактном искусстве исчезают объективные критерии мастерства, мера художественной правды. При этом невольно забывают о закономерности появления абстракционизма в империалистическом мире, о совершенно определенной и весьма реакционной социальной функции, выполняемой подобным искусством.
Этим прежде всего и объясняется то, что различные частные фонды и государственные учреждения капиталистического мира «вбухивают» в абстрактное искусство свои денежки.
Антиреалистическое искусство в его наиболее последовательном, абстракционистском направлении стало господствующим искусством империалистических стран. Аналогичные абстракционизму явления дают себя знать и в музыке, и отчасти в литературе. В изобразительном искусстве абстракционизм насаждается всеми средствами — от финансовой поддержки до организованного подавления инакомыслящих. Так, руководители итальянского павильона выставки «Биеннале» в Венеции всячески используют свое положение, чтобы не допустить в экспозицию произведения подлинных художников-новаторов, создающих современное реалистическое искусство.
Может быть, абстракционизм, как утверждают некоторые его сторонники, дает возможность с особой глубиной раскрыть мир переживаний, чувств человека, их красоту? Послушаем самих абстракционистов. Брион, например, один из видных теоретиков абстракционизма, ставит в упрек рафаэлевской «Мадонне» то, что при ее созерцании невозможно освободиться «от чувственного удовольствия, от человеческой нежности...»
Вот, оказывается, в чем главный недостаток реалистической живописи: она вызывает человеческие чувства! Зато абстрактное искусство свободно от этой «вульгарной человечности», оно, дескать воплощает и организует чувства и эмоции в их «чистом», абстрактном виде...
Стремление свести искусство к субъективному самовыражению или к игре «чистых» форм убивает не только его способность изображать окружающий мир. Сами эмоции становятся бессодержательными, лишенными действительной человеческой ценности. Конечно, можно возразить (и так нередко и делается), что художник-абстракционист не только передает свое мимолетное смутное ощущение. Он, мол, комбинациями цвета и линий воссоздает свое отношение к большой и существенной стороне современной жизни. Но какой? Как мы можем связать беспокойную рваность линий или, наоборот, плавно устойчивое расположение цветовых пятен с тем или другим явлением жизни, с той или другой оценкой? Ведь нам важно узнать нечто большее, чем то, что жизнь настроила художника на спокойно-гармонический лад или, наоборот, вызвала в нем неврастеническую растерянность чувств.
Мы не хотим отказаться от того, чем обогатило человечество искусство Тициана, Веласкеса, Рембрандта, Сурикова, Репина, от раскрытия мира сложных переживаний человека, от углубленного познания его нравственного мира, воссоздаваемого во всем дифференцированном богатстве реалистической живописи. И драматизм исторических полотен Иогансона, и революционная романтика Грекова, Дейнеки, Мухиной, и точное проникновение во внутренний мир в портретах Нестерова дороги нам.
Мы не собираемся рабски копировать приемы старых мастеров реализма. Но сам принцип их искусства, гуманистический его пафос, любовь и уважение к человеку, интерес к жизни близки и созвучны нам.
Mы граждане страны, построившей социализм и мы рады, что наше искусство правдиво, в формах, близких народу, раскрывает его гордость своими деяниями, его веру в еще лучшее будущее, во всемогущество труда и разума.
Мы хотим, чтобы коммунизм был эпохой, когда у свободного народа будет изобилие и хлеба, и роз. Мы против абстракционизма потому, что он мешает воспитывать человека будущего. Потому, что он работает на пользу умирающего империализма. Мы против абстракционизма также и потому, что он порождает на ниве искусства не розы, а ядовитые сорняки. Обедняя искусство, он обедняет и человечество.
Мы считаем абстракционизм эстетически ложным, принципиально антигуманистическим направлением, разрушающим благородное искусство живописи и ваяния, отнимающим у народа радость художественного постижения мира, радость и счастье наслаждения красотой. Абстракционизм — непримиримый враг подлинного искусства, подлинной человечности. Поэтому он и наш враг.

Продолжение книги ...



При цитировании гиперссылка обязательна.