В. Серов. Искусство служит народу


Сб. статей "Искусство принадлежит народу"
Изд-во "Советская Россия", М., 1963 г.
Приведено с некоторыми сокращениями.
OCR Artvek.Ru


Нет нужды говорить, какую огромную воспитательную роль играет в жизни нашего народа искусство. Высшее выражение значимости его в общем деле строительства коммунизма — события последнего времени: посещение руководителями партии и правительства выставки, посвященной 30-летию Московской организации художников, встречи руководителей партии и правительства с деятелями искусства и литературы в декабре прошлого и в марте нынешнего года.
Все эти события являются красноречивейшим свидетельствам того, какое огромное значение наша партия, наш народ придают развитию художественной культуры страны, как неослабно следят, в частности, за развитием изобразительного искусства.
Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что изобразительное искусство вышло сейчас на передний край борьбы за чистоту принципов социалистического реализма, против чуждых влияний буржуазного искусства. И в условиях этой борьбы высота партийной принципиальности художника в отношении к жизни, к труду, к творчеству определит его позиции в искусстве.
Мы вновь вооружены глубокими, содержательными указаниями партии, которые основываются на ленинских принципах развития социалистической культуры и являются могучим стимулом для дальнейшего плодотворного прогрессивного движения ее.
Как сказал Никита Сергеевич Хрущев, партия всегда поддерживала и будет поддерживать художников, отдающих свой талант делу служения искусству социалистического реализма, всегда боролась и будет бороться против любых проявлений чуждого нам буржуазного модернизма, буржуазной идеологии. Именно это и должно определять наше отношение ко всем процессам, наблюдаемым в творчестве советских художников.
Мне кажется, сегодня есть смысл еще раз вернуться к некоторым основным проблемам развития нашего искусства, тем более что широчайшие массы народа проявляют глубокую заинтересованность в его судьбах.
Во всем мире идет сейчас жесточайшая борьба двух идеологий — социалистической и буржуазной. И хотя в целом советское иксусство развивается по правильному пути — пути партийности и народности, в сознание некоторых деятелей нашей культуры и искусства все же проникают чуждые влияния. Они заражают часть молодежи, отравляют ее сознание, сбивают с верной дороги, указанной партией. Пусть таких людей немного, пусть вредные влияния туманят умы незначительной группе людей, но тем не менее они есть, и мы не имеем права не проявлять тревоги.
В изобразительном искусстве четко выявились два полярных направления — социалистический реализм у нас, абстракционизм и формализм в современном буржуазном искусстве. Два идеологических мира, две идеологические концессии столкнулись здесь. И ясность в понимании серьезности и остроты этой идеологической борьбы в значитшыюй мере определяет правильность нашего пути. Иные деятели пытаются протащить гнилую «теорийку» возможности сосуществования различных художественных систем, утверждая, что коль скоро в отношениях с буржуазными странами Советское государство признает политику сосуществования стран с различными общественными формациями, то и в вопросе идеологии надо придерживаться той же политики.
Однако факт сосуществования стран с различными общественными формациями не только не снимает идеологической борьбы, а, напротив, обостряет, усиливает ее, заставляет все время держать наготове идеологическое оружие. Ведь уступки буржуазному формализму и абстракционизму — это на деле не что иное, как предательство идей, ради которых совершалась Октябрьская революция, идей строительства светлого коммунистического общества.
И все же у нас есть среди деятелей культуры отдельные защитники позиции «мирного» сосуществования различных художественных формаций — западной, буржуазной, и нашей, социалистической. Ошибочная, порочная идея! Эти товарищи, очевидно, не поняли, что, защищая ее, вольно или невольно они действуют на руку тем, кто хотел бы покончить с социалистическим реализмом, со многими идейными позициями, которые укрепляют нашу социалистическую культуру и наше коммунистическое строительство. Значит, не уступать буржуазной идеологии, буржуазной философии, буржуазной эстетике, а вести с ними жестокую, непримиримую борьбу — вот священная обязанность всех советских людей, советских художников.
Кстати говоря, в несколько завуалированной форме эта же идея протаскивается теми, кто защищает теорию «современного единого художественного стиля». Стиль — это не сумма художественных приемов. Говорят: стиль — это человек. Значит, это прежде всего мышление, мировоззрение художника. Значит, нельзя говорить об «едином художественном стиле», когда существует, с одной стороны, буржуазный абстракционизм, а с другой — социалистический реализм.
Непосредственно с этой проблемой смыкается другая краеугольная проблема: искусство и народ. Характерно, что когда речь идет о «новом стиле», проповедники его утверждают, что советский народ находится на низком, примитивном уровне развития, и поэтому ему нужно, дескать, «дорасти» по понимания искусства, господствующего на Западе. К сожалению, даже в нашей стране эта подлая «теорийка» находит среди отдельных деятелей культуры поддержку.
Естественно, на совещании с руководителями партии и правительства эта гнилая «позиция» подверглась резкой критике. Единственная цель советского искусства — служение народу, и отношением с народом определяется его прогрессивность, движение вперед, его полезность и значимость в коммунистическом обществе.
Этот основололагающий принцип — во всякой прогрессивной художественной культуре. Каждый истинный художник должен уметь видеть в жизни те главные процессы, которые определяют время, эпоху, общественную формацию. И, обобщая все наблюдения, формируя их в художественные образы, он создает новые культурные ценности, которые обогащают народ. Вопрос об эстетическом воспитании не снимается, но только эстетическое воспитание народа нельзя строить на отношениях: учитель — художник и ученик — народ. В сущности художник как бы возвращает в обогащенном виде народу то, что он, художник, сам почерпнул в недрах народной жизни.
«Теоретики», утверждающие, что наш народ эстетически отстает от требований искусства, существующих сейчас в мире, пытаются доказать, что советскому народу доступны только устарелые формы искусства, к которым они причисляют все реалистические формы.
У нас появилось немало «новаторов», занимающихся пустопорожними экспериментами, весь смысл которых — создавать произведения, не похожие на то, что было до сих пор. Причем, если уж разбираться всерьез, в их экспериментах нет никаких находок: они почти целиком повторяют «новшества», уже побывавшие в России лет пятьдесят назад, и те, которые существуют сейчас в буржуазном искусстве Запада. Что же здесь новаторского?
Истинное новаторство — это сложный процесс создания произведений, в которых в новой художественной форме воплощаются глубина и сила принципиально новых жизненных процессов. Именно умение увидеть и осознать остроту возникновения новых процессов, оценить их, отобрать приметы нового в сегодняшней жизни и создать произведение, в котором бы в новой художественной форме выявлялись пути движения к будущему, — вот что делает художника новатором. Причем, говоря о «новой художественной форме», я имею в виду лишь реалистическую форму. Сила реализма в том и заключается, что в процессе изображения жизни, движущейся, развивающейся, видоизменяющейся, его формы обогащаются, обновляются. А разве это не новаторство?
На каждом новом этапе жизни общество, решая проблемы нового времени, находит и такую яркую реалистическую форму, которая отвечает новым задачам искусства. Значит, истинное новаторство только в реализме. А лженоваторы ищут одного — сенсационности; во что бы то ни стало, любым способом, любыми средствами выделиться из окружающей среды, окружающей обстановки, и чем это будет экстравагантнее, тем лучше.
Нет, поиск никогда не завершится успехом, если художник не знает, что и ради чего он ищет.
Зато когда реалисты-новаторы создают новые художественные призведения, они находят новые решения, потому что ищут тот язык, который мог бы с наибольшей силой выразить их мысли и чувства, мысли и чувства народа, к которому обращено это творчество. Однако искать художественные средства, способные выразить великие идеи нашего времени, — задача огромной трудности. И некоторые художники, преимущественно молодые, решили пойти по более легкой дорожке мнимоноваторских поискав, якобы отвечающих духу времени.
За последние годы у нас появились произведения явно формалистического склада и даже абстракционистские. Еще несколько лет назад абстракционизм был у нас поистине в диковинку. А сейчас некоторые группы, преимущественно из дилетантствующей художественной молодежи, пытаются создавать абстрактные произведения. Правда, мне кажется, что абстракционизм в нашей стране не представляет особой опасности: уж слишком он далек от эстетических представлений народа и ничего, кроме возмущения, вызвать не может. Гораздо опаснее, на мой взгляд, формалистические произведения, фальсифицирующие реализм, в которых реалистическая правда подменяется отвлеченным формотворчеством. Вот с этим надо вести самую решительную борьбу, причем бороться за тех людей, которые вовлечены в формалистические поиски.
Одновременно с борьбой против формализма и абстракционизма мы, разумеется, должны вести борьбу и против натурализма. Только нельзя забывать, что некоторые ловкие искусствоведы пытаются натурализм и реализм сделать понятиями тождественными.
У нас обыкновенно говорят, что натурализм — это выписывание деталей, точное изображение природы и т. д. То ли невежеством, то ли сознательным стремлением увести наше искусствоведение от прямой оценки натурализма подсказано подобное определение. Ибо натурализм — это вовсе не сумма технических приемов, а прежде всего философская категория. При чем же тут гладкость письма, количество деталей? Если мы посмотрим на многие великие произведения прошлого и настоящего, мы увидим огромное внимание к деталям, увидим, насколько тщательно они выписаны. Однако эти произведения остаются гениальными произведениями реалистического искусства. Натурализм же характеризуется тем, что художник не выявляет главного, важного, основного. Все явления жизни, утверждают натуралисты, одинаково важны для художника. Натурализм - одна из сторон формализма.
Можно назвать много натуралистических произведений, в которых нет и тени выписанности деталей, и вместе с тем они именно натуралистичны. К примеру, картина «Ужин» художника Б. Биргера на выставке девяти московских художников. В ней все обобщено, предметы показаны чрезвычайно грубо, схематично. И тем не менее эта работа представляется мне явно натуралистической. В самом деле, на переднем плане у кровати — голая, безобразная женщина, за ее спиной — мужчина, хлебающий щи. Это ужин. Кроме грубой, неприкрытой физиологии, это отвратительное полотно ничего не несет.
Натурализм, как и формализм, имеет самые разнообразные формы. И, никак не защищая натурализм, а, наоборот, ведя с ним борьбу широким фронтом, мы должны, однако, спорить с теми, кто пытается во что бы то ни стало наклеить на многие реалистические произведения ярлык натурализма.
И еще одно: очень модным стало в последнее время говорить о спекуляции на теме. Да, художников, которые спекулируют на теме, надо осуждать. Но в равной мере надо бороться и с теми искусствоведами и критиками, которые пытаются отвадить художников от решения больших тем, пугая их, что работа над большой темой — уже спекуляция на теме. И вот иные, чтобы не прослыть конъюнктурщиками, предпочитают писать травку и заборчик, а не решать важнейшие темы сегодняшнего дня.
Много споров возникает среди художников и искусствоведов относительно традиций. Это естественно: коль скоро идет речь о путях развития искусства, неизбежно встает проблема традиций. Появились у нас ниспровергатели, проповедующие, что реализм давно ушел в область забвения, а нам надо искать иные традиции, обратившись, к примеру, к пещерному искусству. Появились, отрицатели русского искусства, творчества Репина и Сурикова. Почему? Почему мы должны стать Иванами, не помнящими родства, почему, обладая огромными достижениями русской национальной школы, мы должны бежать от нее?
Да, мы наследники и преемники всех лучших традиций мирового искусства. Мы никогда не связываем себя национальными рамками и пользуемся арсеналом мирового реалистического наследия. Но мы имеем и великие русские традиции, воспринятые у отечественных художников, которые создавали произведения высочайшей, истинной-красоты, произведения, полные глубокого содержания, отмеченные подлинной народностью, произведения, имеющие много черт, характеризующих и современное советское искусство. Почему же мы должны бежать от этого?
Один из вопросов, который волнует всех, — это вопрос о двух поколениях. Есть люди, которые намеренно разжигают вражду между «отцами» и «детьми». Немало усилий здесь прилагают наши зарубежные недруги, но, к сожалению, и в нашей стране находятся защитники этой надуманной «розни» поколений. Они пытаются доказать, что старшее поколение, не оправдавшее себя, должно быть снято с исторических позиций, и только молодым доступно правильно решать политические, научные и культурно-эстетические вопросы.
Ошибочность, вредность подобной трактовки взаимоотношений старшего и молодого поколений очевидна. Можно ли говорить о каких-то разногласиях, если весь советский народ от школьников до стариков сплочен в единую семью единой целью — строительством коммунизма.
Вспомним характерные для нашего народа отношения поколений, всегда существовавшие как эстафета борьбы за коммунистические принципы: старшие передавали в руки молодым знамя исторических побед. И, принимая его с благоговением, молодежь движется дальше по дороге коммунизма.
А разве не вносят разлад в наши ряды рассуждения о том, что искусство художников старшего возраста, созданное в эпоху культа личности, нужно сейчас сбросить со счетов, ибо это искусство якобы было целиком поставлено на службу культу. Сколько здесь ошибочного, вредного!
Да, в период культа личности Сталина совершено немало крупных и малых ошибок, немало злодеяний и преступлений. Действительно, культ личности тормозил развитие нашей культуры, нашего искусства: нередко рождались произведения лакировочные, парадные, холодно-помпезные.
И тем не менее эти годы не были «мертвыми» в нашей жизни: вопреки культу личности народ, партия созидали, строили, создавали новую, социалистическую культуру.
Вспомните изобразительное искусство этих лет — произведения Андреева, Мухиной, Шадра, Томского, вошедшие в сокровищницу советского и мирового искусства. Вспомните великолепные полотна Иогансона, Дейнеки, Пластова, Нестерова — можно назвать огромное число фамилий. Наши художники создавали произведения, которые прославляли народ, поднимали его на героическую борьбу за построение коммунизма. Как же можно все это зачеркнуть?
За последние годы, с проникновением формализма и абстракционизма в наше искусство, значительно активизировались некоторые искусствоведы и критики, пытавшиеся сказать «новое» слово в «теории»: развернулась кампания по пересмотру принципов советского искусства, предпринималась попытка протащить теорию о прогрессивности развития традиций только таких художников 20-х годов, как Р. Фальк, А. Древин, Д. Штеренберг, П. Кузнецов и другие.
Эти же искусствоведы объявили единственными выразителями истинно нового революционного направления в искусстве последних лет молодых художников П. Никонова, Н. Андронова, А. Васнецова, Б. Биргера.
Вам известно, какой серьезной критике со стороны руководителей партии и правительства подверглись произведения этих авторов. И действительно, как ни объявлялись они «выразителями» нового в современном советском искусстве, трудно определить, в чем же это новаторство. Ну, к примеру, в картине П. Никонова «Геологи». С точки зрения формы, приемов, средств художественной выразительности — это почти полный слепок того, что делали художники едва ли не сорок лет назад. Если говорить об образах людей, то нарочитая грубость, примитивность, делающая человека похожим на животное, вряд ли могут свидетельствовать о новизне слова художника. Где же правда в этой картине? Неужели это правда нашей социалистической жизни? Я думаю, новаторское заключается в другом — в том, чтобы видеть прогрессивное движение жизни, чтобы заметить в современнике уже зримо складывающиеся черты нового человека. Это люди, душевный мир которых необыкновенно богат, это люди целеустремленные, и различить путь движения жизни вперед, а не назад — вот в чем истинное новаторство! Раскрыть людям новые горизонты, показать нового человека во всем его величии и красоте — вот задача новатора. А нарочито огрубить, изуродовать, обеднить образ человека — какая же здесь правда, какое новаторство!
Защищая позиции молодых художников, подвергшихся критике, нередко делают ссылки на прогрессивных художников Запада, в картинах которых люди тоже огрублены, опустошены. Но почему мы, советские художники, должны брать с них пример? В капиталистических странах трудящиеся порабощены капиталистами, и такая трактовка образа рабочего объяснима. Хотя если говорить по большому счету, то западным прогрессивным художникам стоит подумать о произведениях, в которых изображались бы люди, способные бороться за великие идеалы. А уж нам тем более не к лицу подражать произведениям, которые принципиально изображают людей ущербных, недоразвитых.
Почему же все-таки какая-то часть нашей молодежи оказалась уведенной с дороги социалистического реализма, как могло это произойти?
Повторяю, проповедники современного буржуазного искусства ни на минуту не оставляют попыток идеологических диверсий.
Приезды различных иностранных корреспондентов, издателей, посещение ими мастерских молодых художников внесли какую-то смуту в душу некоторых неустойчивых молодых людей. Постепенно стали появляться робкие сторонники крайних буржуазных направлений (хотя их у нас очень мало). Отдельные статьи и устные высказывания некоторых искусствоведов и литераторов сыграли здесь тоже немалую роль: они помогли внести путаницу и смятение в сердца не очень стойких и политически недостаточно грамотных художников. С рядом ошибочных статей, в частности, выступали А. Каменский, О. Бескин, Н. Дмитриева, А. Гастев, Г. Недошивин.
Отражением сложных противоречий, которые возникали в жизни советского изобразительного искусства, была выставка, посвященная 30-летию Московского союза художников. Не случайно она послужила первым поводом для большого и содержательного разговора о судьбах нашей современной социалистической художественной культуры.
Московский союз художников — один из многочисленных отрядов, в котором объединились крупнейшие и лучшие художники Советского Союза, продемонстрировавшие свое мастерство всему миру. Здесь и представители старшего поколения, зарекомендовавшие себя как художники, преданные делу народа и партии, и талантливая молодежь, знаменующая новую яркую струю молодого искусства. И тем не менее в МОСХе есть люди, которые неправильно понимают задачи развития советского изобразительного искусства, ошибаются, совершая порой грубые просчеты. Такой просчет, кстати, обнаружился в организации выставки, посвященной 30-летию МОСХа: неправомерно большое место заняли здесь произведения художников формалистического направления. Вместе с тем художники-реалисты были представлены гораздо слабее.
Сейчас мы переживаем очень важный период: приближается Второй всесоюзный съезд художников, где мы должны правильно, объективно оценить все достоинства и недостатки советского изобразительного искусства. С чем же придем на съезд мы, художники Российской Федерации?
Сейчас уровень мастерства художников краев и областей Российской Федерации неизмеримо вырос. На местах появились талантливые мастера, которые создают произведения, с полным правом стоящие в одном ряду с произведениями москвичей и ленинградцев. Достаточно сказать, что в прошлом году на Ленинскую премию выдвигались молодые художники — представители разных областей Российской Федерации: москвич Г. Коржев, жители Московской области братья Ткачевы, свердловчанин И. Симонов, Л. Головяицкий (Челябинск).
Это свидетельствует о том, что в Российской Федерации есть много замечательных художников и, что самое главное, в подавляющем большинстве отделений союза создана такая атмосфера, которая всячески благоприятствует творческому росту.
Успехи наши несомненны, но жизнь неуклонно движется вперед, все новые требования выдвигаются перед строителями коммунизма.
Наш великий народ относится к нам, художникам, как к своим соратникам в борьбе за светлое будущее. Значит, мы должны приложить весь талант, все силы, чтобы оправдать эту высокую миссию и под руководством великой Коммунистической партии вместе со всем народом победно шагать к вершинам коммунизма.

Продолжение книги ...



При цитировании гиперссылка обязательна.