Ф. МАЗЕРЕЛЬ (1889 — 1972)


Художественный календарь "Сто памятных дат" 1979 г.
Изд-во "Советский художник", М., 1978 г.
OCR Artvek.Ru


В годы первой мировой войны в Женеве собралась группа прогрессивных писателей и художников разных стран, резко настроенных против братоубийственной бойни. Духовным вождем этой группы был Ромен Роллан — замечательный французский писатель и гуманист. В 1917 году к этой группе примкнул молодой бельгийский художник Мазерель.
Ромен Роллан вспоминал позднее: «Вместе с нами делил Мазерель скорбь этих мрачных лет и переживал всю тяжесть происходившего. Эти совместно перенесенные испытания создали между нами прочные неразрывные узы, составляющие нашу гордость и нашу радость. Я благодарен изгнанию, которое послало нам храбрых товарищей, и прежде всего — великого Мазереля, человека большого сердца и непоколебимого духа».
Франс Мазерель родился в Бланккенберге, близ Гента, в обеспеченной интеллигентной семье. Он получил хорошее образование, много путешествовал, серьезно занимался живописью и гравюрой. В 1911 году Мазерель поселяется в Париже и делает свои первые самостоятельные, шаги как художник.
Мирное течение жизни Мазереля было прервано событиями мировой войны. Художник возвращается на родину, но вскоре вынужден ее покинуть перед самым вторжением немецких войск в Гент. Найдя наконец убежище в нейтральной Швейцарии, Мазерель сразу включается в активную борьбу против войны. Он становится деятельным сотрудником антивоенной газеты «Ла Фей» («Листок»). За три года им сделано около тысячи политических рисунков.
По горячим следам событий Мазерель в каждом номере в острой графической форме выражал свою точку зрения. Его рисунки направлены против шовинизма, против буржуазной пропаганды «защиты отечества»; в них раскрывались истинные причины войны, выгодной лишь капиталистам, посылающим на убой цвет молодежи всех стран.
Главным приемом Мазереля в этих рисунках был иронический графический комментарий к сообщениям официозной прессы. Сводка об успешном налете авиации сопровождалась изображением разорванных на куски тел; резолюция женского конгресса о «войне до победного конца» находила отклик в образе молодого солдата, умирающего со стоном «Мама!» на устах.
Работа художника была крайне напряженной. Чтобы успеть в номер, Мазерель делал свои рисунки прямо на типографском клише, и они сразу, без поправок, шли в набор. Это определило и графическую манеру художника — лаконичную, обобщенную, подчеркнуто экспрессивную, использующую лишь контрасты черного и белого, без полутонов. Эта манера, перенесенная в ксилографию, создала особый стиль гравюры на дереве, реформатором которой по праву считается Мазерель («Братание»).
Если в первых своих сериях ксилографии «Мертвые, встаньте!» и «Мертвые говорят» Мазерель остается в кругу своих газетных тем, то в серии «Крестный путь человека» (1918) он находит новое, не иллюстративное решение. 25 гравюр этой серии показывают историю молодого рабочего, стремящегося к знанию, свету, свободе. Мы видим, как из забитого подростка постепенно формируется сознательный борец за дело рабочего класса, отдающий за него свою жизнь. Листы серии объединены общим сюжетом, развивающимся во времени и дающим четкую картину последовательного духовного роста персонажа. Эту форму построения графической серии сам Мазерель называл «романом в гравюрах». Свои романы в гравюрах Мазерель издавал в виде книжек, содержащих от 5 до 100 гравюр. Авторами предисловий к ним были известнейшие писатели: Томас Манн, Стефан Цвейг и другие. Книжки эти невелики по формату, но в них содержится огромный материал: это целая летопись жизни 20-х — 30-х годов XX века. Капиталистический город с его контрастами нищеты и разнузданной роскоши, мирных радостей жизни и ожесточенных классовых боев — все это нашло отражение в работах Мазереля.
В 1919 году выходит в свет наиболее известный роман Мазереля «Мой часослов» — своеобразная духовная автобиография художника. Герой Мазереля ищет правды и счастья. Из кипящего водоворота большого города он бежит к природе, к народам, не знающим цивилизации, но жизнь все снова и снова возвращает его к борьбе, к активной общественной деятельности. Счастье нужно ему не для себя, а для всех людей — и во имя этого он готов принести себя в жертву. Эпиграфом к серии художник выбрал слова Уолта Уитмена: «Смотрите, я приношу вам не проповедь, не милостыню; когда я даю, я даю самого себя». За циклом «Мой часослов» последовали другие романы в гравюpax — «Солнце» (1920), «Идея» (1920), «От черного к белому» (1939) и др.
Одновременно с романами в гравюрах Мазерель создал огромное количество книжных иллюстраций. Среди них гравюры к «Легенде об Уленшпигеле» Ш. де Костера, к произведениям Верхарна, Барбюса, С. Цвейга, Р. Роллана. Наибольшую славу принесли ему иллюстрации к роману Р. Роллана «Жан-Кристоф» (1925). В сотнях гравюр Мазерель дал графический комментарий к этому произведению, не уступающий по глубине и выразительности литературному тексту. Ромен Роллан высоко ценил гравюры Мазереля, считая, что они в совершенстве воплощают образы романа.
Особое место в творчестве Мазереля занимает станковая графика — большие гравюры и акварели. Излюбленные темы его творчества приобретают здесь эпическое и монументальное звучание. Ощущение трагизма современной жизни сочетается в них с мощной жизнеутверждающей силой. Творчество Мазереля — борца и коммуниста — яркий пример служения художника делу прогресса. Через всю свою жизнь он пронес горячую убежденность, страстность и глубокую любовь к людям.


При цитировании гиперссылка обязательна.