Ф. де Шампень (1602-1674)


Художественный календарь "Сто памятных дат" 1974 г.
Изд-во "Советский художник", М., 1973 г.
OCR Artvek.Ru


Филипп де Шампень родился в Брюсселе в семье состоятельных буржуа. Родители не препятствовали склонности мальчика к искусству и после первоначального обучения он девятнадцати лет от роду уехал в Париж.
В Лаонском коллеже, где он поселился по прибытии, Шампень познакомился с другим пансионером, на шесть лет его старше— Никола Пуссеном, тоже художником, прибывшим из провинции искать счастья и работы. Юноши подружились, спорили об искусстве, рисовали при тусклом свете свечи. Эта юношеская дружба оказала большое влияние на всю жизнь Шампеня — Пуссен навсегда остался для него образцом художника.
Вскоре друзья нашли работу: они приняли участие в украшении только что отстроенного Люксембургского дворца. В 1628 году Пуссен уехал в Италию, а Шампень стал руководителем этих работ. С этого времени началась его карьера придворного живописца.
Шампень работает чрезвычайно много, исполняя заказы Марии Медичи, Людовика XIII и, особенно, кардинала Ришелье. В галерее своего дворца Пале-Рояль кардинал задумал собрать портреты знаменитых людей Франции. В работе над этими портретами неожиданно открылся талант Шампеня-портретиста. У него оказался удивительно верный взгляд, умение схватить характер, передать индивидуальное выражение. В его образах строгая верность натуре сочеталась со стремлением проникнуть в духовную сущность модели.
Естественно, что заказы на портреты следовали один за другим. Он писал короля, Ришелье, Мазарини, Кольбера, придворных, прелатов, художников (например, двойной портрет архитекторов Мансара и Перро). Отнюдь не идеализируя свои модели, он ; умел придать им внутреннюю значительность. В каждом лице он находит что-то свое, интересное, живое. Художник всегда сохраняет определенную дистанцию между собой и моделью: он скорее анализирует, чем прославляет. Даже самым парадным портретам Шампеня (таким, как например, знаменитый портрет Ришелье), несмотря на виртуозную передачу аксессуаров, тканей и прочего, присуще чувство меры, позволяющее подчинить пышность деталей строго задуманному целому.
Но наиболее яркой страницей в творчестве Шампеня оказалась небольшая группа портретов, не связанная с официальными заказами и вообще с его деятельностью как придворного художника. Речь идет о круге произведений, относящихся к аббатству Пор-Раяль.
Примерно с 1640 годя жизнь Шампеня тесно связана с этим монастырем — одним из центров философской и богословской оппозиции. В стенах Пор-Рояля нашли убежище многие замечательные деятели того времени: теолог Арно, ученый Паскаль, позднее — драматург Жан Расин. Как раз в 1640—1650 годы монастырь начал решительную борьбу с иезуитами, которые пользовались покровительством королевской власти. Монахи Пор-Рояля выступали, в частности, и против пышности иезуитских обрядов, против мистицизма, отстаивая идеалы разума, ясности, простоты, призывая вернуться к бедности религии первых веков христианства.
Эти идеи имели большое влияние на Шампеня, и люди, проповедующие их, вызывали его искреннее уважение. Ему принадлежит целый ряд портретов деятелен Пор-Рояля: первого настоятеля монастыря аббата Сен-Сирана, Антуана Арно, его сестер Агнессы и Анжелики, руководительниц женского отделения Пор-Рояля— «чистых, как ангелы, и гордых, как демоны». Все они предстают у Шампеня людьми высоких моральных качеств, напряженной духовной жизни, утонченного интеллектуализма.
Особенно хорош портрет Робера Арно д'Андильи (1650, Лувр). Этот человек, некогда влиятельный придворный, а затем монастырский садовник, изображен Шампенем в минуту задумчивости, глубокого размышления. Его простая темная одежда подчеркивает выразительность лица и рук — рук, которые, по словам современника, с одинаковой твердостью держали и перо и лопату. Шедевром Шампеня этого периода считается двойной портрет, на котором изображены больная дочь художника и молящаяся у ее постели Агнеса Арно («Две монахини», 1662, Лувр). Картина эта имеет в основе действительное событие и написана Шампенем для трапезной монастыря как знак признательности за выздоровление дочери. Сохранился и этюд к этой картине — портрет дочери Шампеня, пленяющий своей свежестью, теплотой и задушевностью.
Шампень не был членом аббатства, но царившие там идеи наложили отпечаток на его позднее творчество. В эпоху господства классицизма, в стенах Академии, вся деятельность которой была направлена на разработку непреложных правил искусства, он имел мужество утверждать, что знание правил — не главное, что качество художественного произведения определяется личностью художника, силой его гения.


При цитировании гиперссылка обязательна.