А. Канова (1757—1822)


Художественный календарь "Сто памятных дат" 1972 г.
Изд-во "Советский художник", М., 1972 г.
OCR Artvek.Ru


Рим в XVIII веке был центром притяжения художников всех европейских стран. После бурной экспрессии барокко и Изнеженной грации рококо снова раздались призывы к «благородной простоте и спокойному величию». Европейское искусство начинает завоевывать классицизм с его преклонением перед античным наследием. Одним из достойнейших преемников его казался современникам итальянский скульптор Антонио Канова.
Канова родился недалеко от Венеции, учился у скульптора Джузеппе Торрети. Работал в Венеции и большей частью в Риме. В ранней работе Канова «Дедал и Икар» (1779) мы видим отказ от драматического напряжения. Его композиция говорит лишь об умении довольно правдиво воспроизводить увиденное в жизни. Поворот к античности произойдет позже. В 1785 году группа Кановы «Тезей, победитель Минотавра», ясная по силуэту и пропорциям, вызывает целую бурю восторгов. Канова сразу же признается первым скульптором Рима. Через два года он уже работает над надгробием папы Климента XIV в римской церкви Сан-Апостоли, поразившим после пышности барочных композиций своей умеренностью и простотой. Позже ему заказывают и надгробие папы Климента ХШ в соборе святого Петра (1792), которое он исполняет в спокойной сдержанной манере.
Одновременно с большими заказными работами Канова создает и более камерные работы — «Амур и Психея» (1793), «Геба» (1796). В них неожиданно обнаруживается сходство с изощренностью французского рококо — ив самом настроении работ, и в их прихотливых ритмах, и в выборе утонченных моделей. К подобного рода произведениям можно отнести и изящную группу «Поцелуй Амура» (1796), принадлежащую ленинградскому Эрмитажу, и мечтательно-задумчивого «Персея» (1800).
В начале XIX века имя Кановы было известно каждому культурному человеку в Европе. Его приглашают в Париж, так как Наполеон желает, чтобы самый лучший ваятель эпохи увековечил бы его величие. Канова изображает Наполеона в итоге, как древнего героя, но император остался недоволен скульптурой. Не случайно потом ее бронзовая реплика исчезла, а самому мастеру пришлось покинуть Париж.
Конец XVIII — начало XIX века были чрезвычайно плодотворны для Кановы. Он продолжает выступать как скульптор-монументалист, работая над многочисленными заказами. Наиболее эффектные надгробные ансамбли, созданные им в это 262 время, — памятник австрийской эрцгерцогине Марии Кристине в церкви святого Августина в Вене и памятник поэту Альфиери в церкви Санта-Кроче во Флоренции. Параллельно, как и прежде, скульптор работает над произведениями салонного характера — «Парис», «Итальянская Венера».
Канове заказывали и портреты. Он предпочитал идеальные отвлеченные портреты нередко аллегорического характера живому жизненному впечатлению. Очень типичны в этом отношении его композиции «Паолина Боргезе в виде Венеры» и «Мария-Луиза в виде Юноны».
Сегодня Италия редко вспоминает о Канове. В музее Поссанья, родного города скульптора, собрано довольно большое число произведений мастера. Однако этот городок отнюдь не принадлежит к числу самых известных туристских объектов страны, которую посещают миллионы туристов. Впрочем, нетрудно догадаться о причинах такого охлаждения интереса к некогда знаменитому скульптору. Ведь в его работах за элегантной, внешне довольно строгой формой, в холодном, эффектно отполированном мраморе трудно отыскать подлинные, искренние человеческие чувства. Любимец дворов, последний именитый придворный художник, Канова умел льстить заказчику. И все-таки в какой-то мере слава эта была и заслужена. Нельзя отрицать высокого уровня мастерства Кановы, его отдельных удач, несомненно, присущего ему чувства декоративности. И Канова в век кризиса скульптуры оставался действительно лучшим итальянским скульптором, оказавшим несомненное влияние на дальнейшее развитие европейской пластики (например, на формирование известного датского скульптора Торвальдсена и других). Но главное значение Кановы в ином: он способствовал, пусть не всегда последовательно, утверждению новых эстетических принципов искусства классицизма. Именно в этом причина его огромной популярности, в этом — и объяснение того, почему так явно переоценили масштаб его дарования современники, безмерно восхвалявшие его.


При цитировании гиперссылка обязательна.