К. П. Брюллов (1799— 1852)


Художественный календарь "Сто памятных дат" 1972 г.
Изд-во "Советский художник", М., 1972 г.
OCR Artvek.Ru


Карл Петрович Брюллов, пенсионер петербургской Академии художеств, в 1827 году, живя в Италии, впервые посетил Помпеи — город, который в I веке нашей эры погиб при извержении вулкана Везувия. Осмотр улиц и домов, сохранившихся под вулканическим пеплом со всей обстановкой и утварью, натолкнул Брюллова на мысль изобразить на полотне трагическую картину гибели античного города.
Произведение, которое создал художник, было названо им «Последний день Помпеи» (1833). В нем переплеталось две темы: тема гибели, разрушения и тема высоты человеческого духа, самоотверженности, солидарности, благородства. Для современников появление этого полотна было событием. По отзывам самых строгих критиков, оно открывало новую страницу в истории живописи. Картину выставили сначала в Милане, затем в Париже и, наконец, летом 1834 года привезли в Россию. Лучшие люди России увидели в ней своеобразное выражение передовых гуманистических идеалов.
Когда Брюллов вернулся на родину, его чествовали как героя, как победителя. Поэт Баратынский посвятил художнику стихи:
Принес ты мирные трофеи
С собой в отеческую сень,
И стал «Последний день Помпеи»
Для русской кисти — первый день.
Тропинин написал портрет Брюллова, изобразив его с карандашом и альбомом в руках на фоне дымящегося Везувия. Скульптор Витали создал портрет художника. В Петербурге в здании самой Академии художеств в честь Брюллова было устроено великолепное торжество.
«Все мы, — вспоминал один из участников этого торжества, — с нетерпением ждали появления гениального человека. Наконец двери распахнулись — вошел Брюллов, окруженный маститыми представителями Академии и всеми ее членами — художниками. Запели приветствие; голоса и ноты, находившиеся в руках поющих, дрожали от сильного душевного волнения; но вскоре оркестр и хор слились в полную гармонию, которая завершилась громкими единодушными криками: «Да здравствует Брюллов!..»
Соотечественники провозгласили Брюллова первым художником России, мировым гением, равным со всеми великими художниками. В Академии Брюллов занял выдающееся положение. Всех удивляла его энергия, точность и быстрота работы, неистощимая фантазия. Он был полон творческих планов. Однако если вдали от родины ему, кроме «Последнего дня Помпеи», удалось написать такие шедевры, как «Итальянское утро» (1823), «Итальянский полдень» (1827), «Вирсавия» (начало 1830-х гг.), «Всадница» (1832), то вернувшись в николаевскую Россию, он создал только две картины: «Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием в 1581 году» (1839—1843) я «Бахчисарайский фонтан» (1838—1849). В первой из этих картин художник мечтал превзойти самого себя. Но из-за вмешательства официальных советников работа над «Осадой Пскова» превратилась, как говорил сам художник, в «досаду от Пскова»; не дописав картину, Брюллов использовал ее как перегородку в своей мастерской.
Всю силу, весь блеск своего гения художник вложил в портретную живопись. Портреты И. П. Витали (1836—1837), А. А. Перовского (писатель Антон Погорельский, 1836), А. К. Толстого (1836), В. А. Жуковского (1838), Н. В. Кукольника (1836—1837), А. Н. Струговщикова (1840), И. А. Крылова (1841) отличаются исключительным живописным мастерством и психологической углубленностью образов. Но подлинной вершиной творчества Брюллова явился «Автопортрет» (1848). Писал Брюллов и парадные портреты, писал их во множестве, артистически используя различные аксессуары. Ему принадлежат также росписи и эскизы композиций на религиозные сюжеты. Очень интересны его акварели, навеянные путешествием в 1835 году в Грецию и Турцию по дороге из Рима в Россию.
Живя в Петербурге, «великий Карл» держал себя независимо. Настроения его были оппозиционны николаевскому режиму. Он был близок с Пушкиным, Глинкой, способствовал освобождению от крепостной зависимости Шевченко, благотворно влиял на начинающего художника Федотова.
Брюллов стремился преодолеть каноны классицизма, в которых был воспитан Академией. Он ясно сознавал, что жизнь требует от художника перехода на иные творческие позиции. В своем последнем разговоре с П. А. Федотовым Брюллов как бы выразил признание нового прогрессивного направления в русском изобразительном искусстве.
Брюллов говорил своим друзьям, что ему душно в николаевской России, что он не может здесь работать в полную силу. Но вырваться из-под царской опеки ему удалось совсем больным в 1849 году. Он поселился сначала на острове Мадейре, а затем в Италии, где и умер в местечке Марчиано, близ Рима.


При цитировании гиперссылка обязательна.